Hau mikola!
Hello my friend!
Привет, мой друг!
 
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
 
 
 

 
 

Mitakuye Oyasin!
We are all related!
Мы все - одной крови!

 
УКРАДЕННАЯ НЕВАДА

От редакции: сестры Мэри и Кэрри Дэн – признанные и всеми уважаемые традиционные Старейшины шошонов. Информационный центр Республики Лакота в РФ считает целесообразным публикацию данной статьи, написанной еще в середине 90-х гг. XX столетия, именно теперь, когда борьба индейцев за свои права снова переживает период подъема, а сопротивление шошонской семьи Дэн захвату их земли являет собой ярчайший пример непреклонной борьбы коренных народов Америки за свободу и независимость.

СКОТТ РОБЕРТ ЛЭД

От автора:

Автор нижеследующей статьи – журналист, узнавший о борьбе западных шошонов в далеком 1992 г. Статья была написана по заказу одного хорошо известного партийного журнала… они заплатили за статью, но так и не опубликовали ее, поскольку, как сказал автору редактор, «это – год выборов: мы не хотим, чтобы Билл Клинтон выглядел плохо».

В самом деле, Билл Клинтон и его администрация выглядели неважно. Я дополнил статью, добавив свежей информации. Пожалуйста, распространяйте этот материал без ограничений.

Данная статья НЕ ЯВЛЯЕТСЯ официальной публикацией резервационного правительства западных шошонов, активистов «Программы защиты Западных шошонов» (Western Shoshone Defense Project) или семьи Дэн. То, что вам предстоит прочесть, является лишь точкой зрения одного человека – моей точкой зрения – на ужасающую несправедливость по отношению к индейцам.

Скотт Роберт Лэд
(Scott Robert Lad)

Кому принадлежит Невада?

Поинтересуйтесь у федерального земельного управляющего, и она поведает вам, что восемьдесят пять процентов территории Невады целиком принадлежат государству в качестве национального достояния, которым управляет Министерство внутренних дел. Услышав это, мировой судья округа Невада, вероятно, возразит, что «Вашингтону» не хватает конституционных прав на то, чтобы владеть землей. Тут же вступает в спор сам штат Невада, который предъявил права на федеральное имущество в соответствии с законами, принятыми два десятка лет назад. Но, с точки зрения самих западных шошонов, различные американские ведомства напоминают банду воров, ссорящихся из-за награбленного.

Многие шошоны считают, что они – «мишени» в кампании геноцида, частью которого является правительственная афера и жадность корпораций. Они утверждают, что у них не отнимали землю во время войны в XIX веке, и что они никогда не продавали ее, или как-нибудь иначе могли бы уступить свою суверенность в Большом Бассейне. Между тем, Соединенные Штаты применили сомнительную судебную процедуру, чтобы в 1979 году узурпировать суверенное право шошонов на эту землю. Теперь шошоны изо всех сил пытаются сохранить контроль над их родиной, которую они называют Новая Согобия («Newe Sogobia»). Это - место, куда сама природа поместила их как хранителей своего мира, иссушенная и неровная местность, простирающаяся на 25 млн. акров центральной Невады от Айдахо до Пустыни Мохаве в Калифорнии.

«Я взираю на эту землю, исходя из основного положения наших верований», – заявляет Кэрри Дэн (Carrie Dann), лидер шошонской общины. – «Эта земля не просто земля, это – источник всей жизни, не только человеческой, но и всей жизни вообще. Мы никогда не покидали нашу землю: Соединенные Штаты могут требовать все, что угодно, если захотят, но реальность такова, что мы все еще здесь». Она не разделяет некую философию Нового Века; в основе ее взглядов – совокупность древних верований, и это побуждает ее отстаивать исконные права ее народа.

Приобретение Невады правительством Соединенных Штатов в лучшем случае спорно. В большинстве учебников говорится, что Мексика уступила Большой Бассейн Соединенным Штатам согласно договору 1848 г., заключенному в Гваделупе-Идальго. Однако, для того, чтобы иметь право уступать земли, Мексика должна была бы осуществлять контроль над ними, а она не имела постоянных поселений на земле шошонов. Официальные американские карты с 1840-х гг. отображают лишь белое пятно между центральной Калифорнией и рекой Колорадо: за исключением какого-нибудь редкого священника или исследователя белые не проявляли интереса к пустынным землям Большого Бассейна.

Более того, в федеральном законодательстве имеется акт об образовании территории Невада, в котором говорится, что «ничто в данном постановлении не должно быть истолковано таким образом, чтобы ущемить права человека или право владения землей, теперь касающееся индейцев на указанной территории». «Соединенным Штатам не нужна была эта земля», – заявил Раймонд Йовелл (Raymond Yowell), руководитель Национального Совета западных шошонов. – «Обратите внимание на дебаты в Конгрессе того времени, и вы убедитесь в том, как сенаторы высказывались против расходов на приобретение дополнительной земли у индейцев. Их цель состояла в том, чтобы расчистить путь для транспортировки золота из Калифорнии на Восток - с тем, чтобы заплатить за гражданскую войну, им не нужно было расширять территорию США».

И действительно, отправляя агентов на территорию шошонов, специальный уполномоченный по делам индейцев предупреждал их, что «не стоит ожидать того, что будет заключен договор с целью аннулирования права индейцев на владение землей». Вот так и случилось, что в октябре 1863 г. в Рубиновой долине (Ruby Valley) в Неваде представители Соединенных Штатов подписали с западными шошонами «Договор о мире и дружбе». Договор предоставляет США право определять место для шахт, ранчо, железных дорог, телеграфных линий, городов и военных гарнизонов на землях шошонов, но в данном документе нет даже намека на то, что это все посягает на суверенитет шошонов.

Впрочем, федеральное правительство никогда не действовало в соответствии с пунктом договора, принимая во внимание создание резерваций шошонов, и мало что сделало для защиты интересов индейцев. Как следствие, жизнь шошонов изменилась, поскольку их кочевой образ жизни становился все более и более несовместим с расселением евро-американцев. Дичь была истреблена огнестрельным оружием пришельцев, а рогатый скот быстро обнажил засушливые долины от съедобных растений. Шошоны выжили за счет работы на рудниках, ранчо и железных дорогах, зачастую, присоединяясь к местным общинам на окраинах белых поселений.

«Шошоны выполнили свою часть договора, а Соединенные Штаты – нет», – утверждает Йовелл. – «Ввиду того, что все больше и больше эмигрантов селилось на наших землях, обещания мира уже было недостаточно для Соединенных Штатов. Вместо того, чтобы иметь дело с нами как с суверенной нацией, Соединенные Штаты осуществили махинацию для того, чтобы незаконно приобрести право на владение землей». Махинация была проделана в Комиссии по искам индейцев, и в суде, представляющем собой аналог судебной коллегии, учрежденной Конгрессом в 1946 г. для того, чтобы выносить решения по неудовлетворенным искам о компенсации ущерба, подаваемых коренными американцами против правительства Соединенных Штатов. Закон разрешал Комиссии признавать любую «идентифицируемую группу» – даже ничтожное меньшинство – в качестве представителя всего индейского народа. Адвокат Роберт Баркер (Robert Barker) заключил договор с несколькими членами одного маленького рода шошонов, Тэ-Моак (Te-Moak): в 1951 г. он предъявил от их имени иск Комиссии, как от имени всех шошонов.

«Вы должны понять наших лидеров того времени», – сказал Раймонд Йовелл. – «У них было неполное образование, и они понятия не имели обо всем том, что произошло; им было мало, что известно о том, что делало правительство». Йовеллу запомнилось слушание, когда он был еще молод, и как давлением и угрозами со стороны Бюро по делам индейцев шошонским лидерам давали почувствовать, что у них нет иного выбора, как только подать иск о возмещении убытков.

Комиссия по искам индейцев не была уполномочена аннулировать право индейцев на владение землей, однако вся судебная практика Комиссии содержала в себе негласное условие, что когда-то ранее это право аборигенов на землю было утрачено. Баркер был сотрудником адвокатской конторы, которая оказала помощь в создании данной Комиссии: он, должно быть, знал, как Комиссия может истолковать дело шошонов. Но Баркер не объяснил своим клиентам эту перспективу, и шошоны продолжали думать, что аргументация по делу доказывает их право владения землей.

Игнорируя договор Рубиновой долины, члены Комиссии по искам индейцев решили в 1962 г., что право шошонов на владение землей было явочным порядком аннулировано «постепенным вторжением» белых поселенцев. Формальная дата «захвата» - 1 июля 1872 г., была принята Комиссией, адвокатами правительства и Баркером. Данная дата не соответствует никакому ведомственному или законодательному акту; ее выбрали умышленно, чтобы отнести к определённым обстоятельствам оценочную стоимость шошонских земель. Зарегистрированные данные переписи населения с конца XIX века показывают, что западные шошоны превосходили численностью белых поселенцев еще без малого тридцать лет после этого мнимого «вторжения».

«В 1872 г. ничего не произошло», – заявил Гленн Холли (Glenn Holley), шошонский лидер из Бэттл-Маунтин (Battle Mountain). – «Никакая земля не была «захвачена» правительством. Мы никогда не теряли право на эту землю, мы никогда не покидали эту землю, и мы ее не продаем. Наша религия запрещает брать деньги за землю. В действительности происходит то, что американское правительство сейчас крадет у нас землю».

В 1976 г. Совет рода Тэ-Моак уволил Баркера и нанял нового адвоката в попытке приостановить, либо продлить рассмотрение дела в суде. Однако Комиссия по искам индейцев отказалась признать нового адвоката или разрешить индейцам Тэ-Моак расторгнуть сделку Баркера. Когда же община Тэ-Моак и другие шошонские организации попытались приостановить работу Комиссии по искам индейцев, члены Комиссии постановили, что приостановка будет не в интересах индейцев. А Баркер в свою очередь активно препятствовал действиям своих бывших клиентов, сотрудничая с Комиссией по искам индейцев и адвокатами правительства, чтобы довести до конца финансовую сделку.

«Комиссия по искам индейцев посчитала, что шошоны традиционных общин не вправе вмешиваться, поскольку не являются членами общин Тэ-Моак», – сказал Раймонд Йовелл. – «Но когда те же общины Тэ-Моак попытались отозвать исковое заявление, то Комиссия по искам индейцев и к ним не захотела прислушаться. Судья сказал нам, что мы не должны опрокидывать тележку с яблоками после того как фрукты были так аккуратно уложены. Забудьте о законе, забудьте о том, что есть право». В то время как большинство американцев принимает как должное право выбирать себе юрисконсульта, шошонам было отказано в том же самом праве на основании, с точки зрения правительства, «особого статуса» коренных американцев.

При начислении выплаты, присуждаемой на основании решения по урегулированию спора, Комиссия по искам индейцев классифицировала земли шошонов, назначив плату за большую часть земли из расчета всего несколько центов за акр и чуть больше за территорию, богатую полезными ископаемыми. Окончательная сумма составила чуть более 26 миллионов долларов. 12 декабря 1979 г. Комиссия по искам индейцев предоставила присужденную сумму шошонам – тем, кто отказался от денег.

«Что всего нелепее при этом», – говорит Кэрри Дэн. – «так это то, что США предложили шошонскому народу что-то около 15 центов за акр, в то время как золотодобывающие компании платят по 2 доллара 50 центов за тот же самый акр! Стоимость земли определена по горному праву, действующему на тот момент в 1872 г., и тем не менее правительство получает в десять раз больше той суммы, которую пытается выплатить нам». В речи, произнесенной в 1995 году, министр внутренних дел Брюс Бэббитт (Bruce Babbitt) назвал оценку стоимости земли в соответствии с положениями Горного права 1872 г. «скандальным злоупотреблением общественными интересами». Однако на недавних переговорах с шошонами, Бэббитт не выразил ничего похожего на угрызения совести по поводу выплаты шошонам мизерной части от той цены, которая прописана в Горном праве.

Вдобавок ко всему, Комиссия по искам индейцев выплатила десять процентов от присужденной суммы Баркеру в знак признательности его «экстраординарной» активности, вопреки сопротивлению его клиентов. Остальные деньги были переведены на счет Министерства финансов, на имя министра внутренних дел – «опекуна» шошонов, назначенного правительством. Не желая сдаваться, шошоны продолжили свою борьбу в судах. Тогда против них применили судейскую уловку, сравнимую с игрой в пинг-понг, поскольку судьи то отправляли дело обратно на доследование, то отменяли решение, то каким-либо иным образом наводили тень на плетень. По самому важному правовому вопросу вынесли решение в 1985 году, когда Верховный суд объявил, что перечисление денежных средств на имя министра внутренних дел является выплатой компенсации шошонам. Впоследствии нижестоящий суд постановил, что право шошонов на владение землей было неоспоримым до тех пор, пока в 1979 году не вынесли решение по выплате денег – даже при том, что решение Комиссии по искам индейцев было основано на якобы утраченном праве землевладения за столетие до этого.

«Фактически федеральное правительство обмануло западных шошонов, и по сути оставило их безземельными в их родном краю», – заявил Том Луеббен (Tom Luebben), адвокат шошонского рода Утиного водоема (Duckwater Shoshone Tribe). – «Итог судебных заседаний только утвердил западных шошонов в том, что федеральное правительство причинило им вред в высшей степени – и не в стародавние времена, а в течение минувших десяти лет».

За пределами игорных зон Рино и Лас-Вегаса, Невада главным образом рассматривается владельцами горнодобывающих компаний и скотоводческих ранчо как природный ресурс. В числе этих владельцев скотоводческих ранчо и сами шошоны, которые пасут свой домашний скот на землях, находящихся в ведении федерального Бюро управления государственными и общественными землями (BLM). Федеральный закон обязывает владельцев ранчо вносить плату за пользование общественным пастбищем – индейцы же отказываются платить на основании своей убежденности в том, что эта земля по-прежнему является шошонской территорией. Согласно служебной записке Бюро управления государственными и общественными землями, в августе 1994 года шошонские роды Тэ-Моак, Йомба (Yomba) и Утиного водоема (Duckwater) задолжали свыше 3.5 млн. долларов в виде просроченных платежей и пени за просрочку. А независимая семья Дэн из Подковообразной долины (Crescent Valley) была оштрафована более чем на 400,000 долларов за самочинный выпас.

Центром внимания в правительственной антишошонской кампании становится скотоводческая деятельность Дэн в Подковообразной долине. В то время как другие шошоны втихомолку нарушают федеральный закон, сестры Кэрри и Мэри Дэн открыто отказываются выполнять федеральные предписания, вынося свой правовой вопрос на международные форумы и в средства массовой информации. Бюро управления государственными и общественными землями настаивает на том, что оно предохраняет пастбищную землю от перевыпаса на ней двух тысяч голов крупного рогатого скота семьи Дэн – между тем любой, посещающий ранчо сестер, обнаружит там стадо, в котором всего триста животных. А перед тем как выйти на пенсию в 1994 году, бывший глава Бюро управления государственными и общественными землями Невады Билли Темплетон (Billy Templeton) признал, что его филиал не имел веского доказательства, подтверждающего вину шошонов в перевыпасе.

Дерзкая решимость Кэрри Дэн влияет на характер сопротивления ее людей. В апреле 1992 года, когда Бюро управления государственными и общественными землями попыталось конфисковать ее скот, Кэрри протестовала и боролась за свой образ жизни, не давая бывшим чиновникам пройти в загон для крупного рогатого скота и препятствуя ковбоям приступить к погрузке ее скота на стоящие в ожидании грузовики. «Я имею право оборонять источники своего существования», – предупредила Кэрри шерифа округа Эврика (Eureka County) Кена Джонса. – «Моя земля никогда не продавалась; она и теперь не продается, и завтра тоже не будет продаваться. Вот так, мистер Джонс, и точка!» Несколько мгновений спустя агенты Бюро управления государственными и общественными землями выпустили ее скот, прекратив стычку.

Но Джонс был уже менее милостив в следующем ноябре, когда сопровождал автоколонну Бюро управления государственными и общественными землями. В этот раз действия чиновников данного ведомства были нацелены на то, чтобы вывезти лошадей из Подковообразной долины, причем не только диких, но и тех, которые являются собственностью семьи Дэн. Клиффорд Дэн, 59-летний брат Кэрри, использовал свою машину для того, чтобы заблокировать дорогу и не дать колонне грузовиков с живым грузом выехать из долины. Стоя в кузове своего пикапа, Клиффорд облил бензином руки. В тот момент, когда окружные и федеральные чиновники приблизились, он пригрозил, что подожжет себя, если они не выгрузят принадлежащих его семье животных.

Когда приехала Кэрри, в группе из нескольких сторонников неиндейского происхождения возник спор. Клиффорда уговорили вылезти из грузовика после того как шериф Джонс заверил его, что ни одна их семейная лошадь не будет конфискована. С бензином и зажигалкой в руках, шошон направился к автоколонне Бюро управления государственными и общественными землями, чтобы своими глазами посмотреть, что находилось в грузовиках. Специальный агент Бюро управления государственными и общественными землями Терри Сомерс, подойдя сзади к наполовину глухому человеку, попытался – но не смог – выхватить кружку с бензином из его рук. На любительском видео этого инцидента видны белые брызги от огнетушителей, разлетающиеся вокруг Клиффорда и чиновников, обступивших его. Когда несколько человек бросились на Клиффорда, шериф Джонс заорал так, чтобы его услышали: «Навалитесь на него! Навалитесь на него! Сломайте его грёбаную руку, если нужно!»

Кэрри побежала на помощь брату, но в это время какой-то чиновник Бюро управления государственными и общественными землями (кто именно – неизвестно) схватил ее сзади. Он заломил 58-летней бабушке руки за спину и потащил ее к обочине дороги.

«Вы меня покалечите!» – вскрикнула Кэрри. – «У меня больное плечо!»

«Тогда будь милой старушкой и прекрати драться», – посоветовал ей чиновник Сомерс. Поскольку Кэрри боролась перед камерой, другой сотрудник правоохранительных органов появился в кадре, объясняя ситуацию: «Мы только держим ее, чтобы она не выскочила впереди машин».

Через несколько секунд грузовики с живым грузом уехали. Клиффорд, с разбитыми очками и кровавыми полосами на лице, был схвачен полицией далеко от этого места. Спустя четыре месяца, Клиффорд отказался защищать самого себя во время разбирательства его дела, заявив, что у Соединенных Штатов нет юрисдикции на территории Новой Согобии. Федеральный судья Джон Маккиббен (John McKibben) отклонил эту аргументацию подсудимого, и присяжные заседатели незамедлительно объявили Дэна виновным в нападении с бензином в руках на федерального чиновника. Несмотря на то, что Клиффорда прежде ни разу не был под арестом, он проведет девять месяцев в федеральной тюрьме строгого режима. Маккиббен передал в нижестоящую инстанцию строгое предписание «отправить сообщение журналистам, активистам и западным шошонам».

Суды вновь и вновь выносили решения в ущерб интересам шошонов – те же самые суды рассматриваются индейцами как орудия американского правительства и его политики. «Мы не нуждаемся в адвокатах, которые являются верными сотрудниками американских судов», – заявил Йовелл. – «Нам нужны индейские адвокаты, которые представляют индейский закон». И в этом, возможно, заключается характерный аспект: шошоны видят себя не в качестве граждан Соединенных Штатов, а в качестве граждан своей собственной страны. По мнению Йовелла, в споре его народа с Соединенными Штатами должно применяться международное право.

Йовелл возглавляет Национальный Совет западных шошонов, который обладает характерными свойствами исконной формы правления у западных шошонов. «Мы – тот самый орган, который подписал Договор Рубиновой долины», – утверждает Йовелл. Однако правительство Соединенных Штатов оспаривает законность Национального Совета, предпочитая работать с племенными органами власти, которые оно же и сформировало в соответствии с положениями Индейского реорганизационного акта («Indian Reorganization Act — IRA») 1934 года. На территории Новой Согобии находятся девять финансируемых из федерального бюджета администраций родов, известных как «ИРАс» (по названию Индейского реорганизационного акта, – прим. пер.) и представляющих 2300 шошонов, проживающих в городских анклавах и на сельскохозяйственных ранчо.

«ИРАс» не могут называться нациями», – заявила возмущенная Кэрри Дэн, представитель Национального Совета от ее рода. – «ИРАс» – не что иное, как корпорации Соединенных Штатов. Как они могут быть суверенными нациями, когда они ничего не могут сделать без разрешения и денег Соединенных Штатов?»

Она не единственная, кто так считает по данным опроса о независимости племенных правительств; по всей индейской территории традиционные индейские лидеры обычно не доверяют и воздерживаются от участия в органах ИРА. Племенные правительства получают указания и финансирование от Бюро по делам индейцев (БДИ) – получение их по определению неприятно для тех, кто ставит под сомнение американские мотивы. Министр внутренних дел может наложить вето на племенные законы; вся резервационная земля является собственностью Министерства внутренних дел, которое распоряжается ею «по доверенности» от имени коренных американцев.

Национальный Совет предоставляет право участвовать в работе всем шошонам, включая тех, которые, как Дэн, не имеют никакого отношения к племенам, которые являются признанными правительством США. Несмотря на то, что Национальный Совет не принимает федеральных денег, он действительно имеет в своем составе представителей нескольких шошонских администраций, действующих на основании ИРА. Две родовые администрации, при этом, выбирают самостоятельный курс. Так, Совет рода Тэ-Моак продолжает характеризовать себя как представителя всех шошонов, решаясь даже уже на то, чтобы провозгласить свое лидерство по Интернету. А шошонский род Утиного водоема (Duckwater), входивший когда-то в состав Национального Совета, вышел из него в конце 1980-х, чтобы осуществлять собственные решения шошонских проблем.

«Одна из самых больших проблем, с которой сталкиваются шошоны – постоянное отсутствие единства», – сообщил мне Том Луеббен. Притом что определение Луеббена точное, его решение зависит от всех шошонов, включая Национальный Совет с вхождением в его состав рода Утиного водоема, который имеет отношение к ИРА, и интересы которого представляет Луеббен. Национальный Совет требует настоящих межправительственных отношений с Соединенными Штатами.

«Вы заключаете договоры с нациями, а не родами», – утверждает Йовелл. Процесс ведения переговоров столь же стар, как и сама проблема. Как раз когда Комиссия по искам индейцев побуждала к принятию окончательного решения, министр внутренних дел при Джимми Картере, Сесил Андрас (Cecil Andrus) совещался с лидерами шошонов по поводу создания резервации площадью в три миллиона акров. Однако Андрас прервал переговоры в 1979 году после того, как Министерство обороны сообщило о планах разместить в Неваде тяжелые межконтинентальные баллистические ракеты МХ мобильного базирования. МХ предполагалось оснастить двумя сотнями ядерных боеголовок, перемещая пусковые установки с ракетами в специальных вагонах по обширной сети железных дорог, проложенных в пустыне. Западные шошоны решительно воспротивились размещению ракет, и проект был в конце концов свернут в ответ на дополнительное сопротивление со стороны неиндейского населения Невады и Церкви мормонов. Кэрри Дэн упоминает о том, что теперь в некоторых книгах по истории для средней школы отказ от размещения МХ вменяется в заслугу шошонам. Она также рассматривает борьбу против ракет МХ как кульминацию в действиях шошонов. «Когда Соединенные Штаты захотели разместить на территории Невады ракеты МХ, это открыло глаза некоторым западным шошонам».

За годы правления Рейгана и Буша почти подошел к концу еще один ряд безуспешных переговоров. Некоторые шошоны выражали оптимизм в отношении Билла Клинтона, так как во время своей предвыборной кампании он сделал много обещаний индейским лидерам. Надежда вспыхнула, когда министр внутренних дел при Клинтоне Брюс Бэббитт начал процесс переговоров по просьбе сенатора Даниэля Иноуайя (Daniel Inouye). Бэббитт направил одного из своих давних приятелей, Дона Муна (Don Moon) побеседовать с шошонами и определить их потребности: Мун провел встречу с несколькими шошонскими организациями, в том числе с Национальным Советом, и вскоре предложил представлять интересы шошонов на переговорах.

В докладной записке Мун спрашивает Брюса Бэббитта: «Приобретает ли правительство в собственность Вашу усадьбу из-за того, что Ваш сосед нарушает ее границы? То, что здесь произошло, было хладнокровным «земельным» мошенничеством, этого никогда бы не случилось с неиндейцем, или даже с индейцем, интересы которого представляют качественно». Мун ссылался на здравое суждение Бэббитта о преданности идеалам, защищая традиционные взгляды шошонов и призывая к исправлению правонарушений прошлых лет, совершенных Соединенными Штатами. Одновременно, Бэббитт читал государственные аналитические отчеты, предназначенные для служебного пользования, которые содержат в себе стратегическое бездействие и фактические фальсификации, и в которых говорится в пользу присвоения федеральным правительством шошонской земли.

В январе 1994 года Бэббитт провел предварительную встречу в Денвере. В числе участников были Раймонд Йовелл, Кэрри Дэн и представители от шошонских родовых администраций. Конференция длилась чуть больше часа, и у каждой шошонской делегации было только пять минут на изложение своей ситуации. Когда встреча завершилась, и Бэббитт поспешно ушел, он пообещал продолжить судопроизводство при посредничестве своего главного адвоката (chief counselor) Джона Даффи (John Duffy). Последующие встречи также завершились почти ничем: Даффи делает упор на выплате денежных средств, присужденных Комиссией по искам индейцев, а шошоны требуют разрешения проблем в отношении земли и воды. Мун с этого времени перестал заниматься этим вопросом, придя в отчаяние от неуступчивости Даффи и разногласия шошонов.

Национальный Совет тоже больше не занят ведением переговоров. «Мы следим за тем, что происходит через наших друзей», – заявил вождь Йовелл. – «Но мы больше не видим смысла в том, чтобы принимать участие в переговорах. Правительство хочет выплатить деньги, как только это удастся сделать, оно сможет сказать, что земля действительно продана».

Уполномоченный Солт-Лейк-Сити Джон Пол Кеннеди – один из участников процесса, который ратует за немедленное распределение денег Комиссии по искам индейцев. Утверждая, что представляет интересы 1400 неназванных шошонов, Кеннеди характеризует членов Национального Совета как «экстремистов», требуя при этом, чтобы правительство заплатило его неустановленным клиентам. В свою очередь некоторые шошоны характеризуют Кеннеди как индейского адвоката старого типа, который получит большое процентное отчисление с любой присужденной суммы, предоставленной его клиентам. Из-за шумного протеста индейских администраций, действующих на основе ИРА, и Национального Совета, министр Бэббитт специально включил Кеннеди в состав участников переговоров.

Представители центральных и федеральных органов власти неизменно отвечают на вопросы о шошонах отговоркой «Мы не можем ничего сказать, потому что это может отразиться на процессе переговоров». Письменные запросы остаются без ответа, и на телефонные звонки, как правило, тоже не отвечают. Единственный намек на мнение правительства проявляется в документах, полученных в соответствии с Законом о свободе информации – эти запросы также «натыкаются на каменные стены», и зачастую больше года уходит на то, чтобы они были частично выполнены.

Даже проводимые по инициативе Госдепартамента встречи, кажется, остаются в тени, когда к участию привлекаются шошоны. В последний раз Раймонд Йовелл участвовал в Вашингтонской конференции по правам человека 3 апреля. Мероприятие было организовано Институтом Карнеги, проходило под руководством заместителя госсекретаря Джона Шэттака (John Shattuck) при участии Уоррена Кристофера и постоянного представителя США при ООН Мадлен Олбрайт, обратившихся с речью к участникам конференции. Двести участников, приехавших со всего мира, сосредоточились на том, как достичь урегулирования конфликтов, возникших после окончания эпохи «холодной войны». Неоднократные запросы в Госдепартамент не нашли никого, кто был готов объяснить причины приглашения Йовелла.

Или федеральное правительство опасается вероятности местного варианта мексиканской сапатистской революции, когда вооруженные повстанцы захватывали частные ранчо?

«У нас нет претензий к индивидуальным землепользователям, и в наших документах это четко сформулировано», – сообщил Йовелл. – «Наше имущественное право распространяется только на федеральные государственные земли и на некоторые земельные участки, находящиеся в собственности корпораций». Шошоны постоянно подчеркивают, что вооруженное сопротивление бесполезно. «Горстка шошонов здесь борется с самой могущественной страной на Земле. Если Соединенные Штаты действительно захотят прикончить нас, у них есть возможность это сделать».

Если и есть что-то, что может действовать на нервы федеральному правительству, так это кампания, проводимая Национальным Советом с целью отстоять свою независимость на международной арене. В декабре 1994 года генеральный секретарь ООН Бутрос Бутрос-Гали получил декларацию о суверенитете шошонов, основанную на уставе ООН и международных соглашениях. Кроме того, копии этой декларации были официально вручены государственным должностным лицам, начиная с президента Клинтона и кончая окружными прокурорами Невады. Почтовые уведомления о вручении (Postal reply cards) показывают, что документы дошли до адресатов, но только один получатель, федеральный судья Калифорнии, отреагировал на декларацию шошонов.

В 1993 году сестры Дэн направили жалобу Межамериканской комиссии по правам человека, орган, действующий внутри Организации американских государств. В ответ на это Соединенные Штаты объявили, что шошонская земля была куплена во время работы Комиссии по искам индейцев; дело все еще находится на рассмотрении. Немецкие и английские телеканалы показали два документальных фильма, в которых текст о шошонах читает Роберт Рэдфорд. Национальный Совет поддерживает связи с заграницей и регулярно посылает представителей посетить Европейское экономическое сообщество; в апреле 1993 года делегация от Европарламента прибыла в Новую Согобию с ознакомительной миссией. Последующее признание пришло, когда Кэрри и Мэри Дэн получили в Стокгольме Премию за правомерные действия в защиту источника существования за 1993 год (А1993 Right Livelihood Award). 9 декабря 1993 года шведский Парламент чествовал шошонских сестер за «их храбрость и упорство в отстаивании прав коренных жителей на свою землю».

С точки зрения семьи Дэн федеральное правительство официально создает конфликтную ситуацию, даже при том, что истинная картина представляет собой комплекс трудноразрешимых вопросов. Западные шошоны организовывали многочисленные антиядерные демонстрации на Невадском испытательном ядерном полигоне, где свыше 900 ядерных взрывов покрыли шрамами землю Новой Согобии. Когда же бомбы, наконец, перестали взрываться, Министерство энергетики планирует устроить постоянное захоронение отработанного ядерного топлива на шошонской территории в Юкка-Маунтин. На экологическом фронте: испытывающие недостаток в воде Лас-Вегас и Рино грозят высосать воду из недр засушливых долин Невады. Геотермальные шахты используют гейзеры для получения энергии, хотя это несовместимо с верой шошонов в то, что вода священна. На Рок-Крик в округе Лэндер, планируют соорудить плотину, которая затопит традиционные шошонские водосборные площади. Вдобавок, постоянно-присутствующие американские войска запускают боевые самолеты, которые с ревом проносятся над долинами, нарушая покой пустыни.

Кэрри Дэн считает транснациональные корпорации врагами, а Соединенные Штаты их марионеткой. Она обосновывает свое мнение опытом общения с владельцами нескольких приисков, расположенных вблизи ее ранчо. Эти магнаты применяют открытый способ золотодобычи, используя цианид для выщелачивания золота из раздробленных скальных пород. На владельцах рудников этого типа лежит ответственность за ряд экологических катастроф, получивших широкую огласку. В августе 1995 года вышла из строя запруда на руднике в Гайане, где добыча золота основана на использовании цианида, отрава попала в главное русло реки, представляя опасность для 15 тысяч человек, проживающих поблизости. Три года назад в Колорадо попадание цианида с рудника Саммитвилл в речку Аламоза привело к гибели в ней всего живого в пределах 17 миль: очистка теперь ежегодно обходится налогоплательщикам в несколько миллионов долларов.

На ранчо Дэн есть возможность для хорошего обзора трех больших приисков. Их собственность – 800-акровый земельный участок, полученный отцом Кэрри «в соответствии с законом белого человека», так называемого Закона о гомстедах: этот участок расположен по обеим сторонам Карлин-Тренд, одного из известных в мире богатейших месторождений золота. Кэрри объясняет исчезновение в долине естественных родников и потоков повреждением водоносных слоев шахтами, и ее гнев направлен на федеральное правительство, которое почти ничего не делает для ограничения горнорудных работ. Очевидно, будущее, уготованное ее семье – это усеянная камнями и пропитанная ядом земля, и все это для того, чтобы обеспечивать золотом чужеземцев.

В августе 1996 года Дэн узнали давнего врага в новом качестве: золотоискатели, называющие себя «Эксплутационно-исследовательское управление Невадской горнодобывающей компании» (Oro Nevada Mining Company), объявили о своем намерении начать разведочное бурение вблизи семейного ранчо. Данная организация является дочерней компанией Организации оперативных исследований природных ресурсов Невады (Oro Nevada Resources of Toronto), находящейся в Торонто, провинция Онтарио, Канада, а эта компания, в свою очередь, получила финансовую помощь от MVP Кэпитл Корпорэйшн (MVP Capital Corporation) в размере 40 миллионов американских долларов. После покупки за 15 миллионов американских долларов ранчо размером в 48000 акров, расположенного по соседству с ранчо Дэн, Oro Nevada Mining еще и застолбила ближайшие участки общей площадью 94000 акров. План действий для буровых работ был намечен на сентябрь 1996 года.

Хотя президент Компании Боб Джонс и отказывается обсуждать любые темы, касающейся «проблем коренных народов», он и другие представители Компании все же побывали у западных шошонов и разговаривали с ними. Семья Дэн и Национальный Совет заявили, что проведение Компанией разведочного бурения является нарушением Договора Рубиновой долины и норм международного права. Однако эти доводы не подействовали на руководство Компании; ведь оно не так давно перечислило правительству США 350000 американских долларов за эксплуатацию земельных участков, отведённых под разработку недр.

Бурение Компания проводит на месте, которое находится в поле зрения владельцев участка, доставшегося семье Дэн по Закону о гомстедах, и сверх того - на том месте, где находятся горячий источник и Ручей Дьюи Дэн (Dewey Dann). Это – единственный водный ресурс, которым круглогодично пользуются на ранчо, потом он был назван в честь покойного отца Кэрри. Горячий источник – священное место для семьи Дэн. Множество других горячих источников шошонов были погублены вследствие разведочного бурения, которое понижает геотермическое пластовое давление, что приводит к вытеканию горячей воды. И снова жадность к золоту побуждает разрушать мир природы, который так необходим западным шошонам.

Более десяти тысяч лет родовые общины шошонов, ведших кочевой образ жизни, жили тем, что давала их Родина: то, что белым американцам видится неприветливой пустыней, шошоны считают прекрасной землей – землей больших контрастов и могущественных сил. Кэрри Дэн жила полной жизнью в Подковообразной долине; там находится ее семья, и покоятся предки, и она намерена защищать эту землю ради будущих поколений.

«Когда они спрашивают меня о священных местах, я говорю им, что вот это все священно», – пояснила Кэрри, показав рукой на окружающий ландшафт. – «Я борюсь за будущее, за моих внуков, чтобы у них было место пригодное для жизни».

http://www.dickshovel.com/def.html

Назад

 

Наверх
 
 
  ДОКУМЕНТЫ ИСТОРИЯ ПРЕССА НОВОСТИ ИНФОРМАЦИЯ ПОМОЩЬ ЛАКОТА ВИДЕО ФОРУМ ССЫЛКИ КОНТАКТЫ
 
 
Mitakuye Oyasin - We Are All Related - Мы все - одной крови!
Республика Лакота

Design by Lookinghawk
[Свяжитесь с нами!]